Проститутки не пройдут

Так, по-видимому, думает некий господин Леонтьев, косвенно назвав Наталью Морарь проституткой, прямо назвав её недоказанной непроституткой. При этом, господин Леонтьев забыл доказать, что он не является проституткой (хотя бы политической). Ну, да ему простительно – он ведь гражданин России. А Наталья Морарь – гражданка Молдавии со, всего лишь, видом на жительство и разрешением на работу в России (если их ещё не отменили), и свидетельством о браке с российским гражданином. Но вот только почему-то именно граждане Молдавии отваживаются открыто писать о финансовом контроле политических партий и избирательных кампаний Кремлёвской администрацией. И уже по одному этому признаку такие граждане Молдавии имеют больше прав именоваться гражданами России, чем некоторые из вполне законных граждан России.

Поначалу мне отовсюду слышались голоса защитников Натальи Морарь. Я везде читал о том, что эту молодую женщину не пустили в Москву без каких-либо внятных объяснений, потом нашли какое-то несуразное объяснение, потом не пустили вторично. Но вот на неделе мне попался и взгляд оппонентов…в газете «Взгляд». Взгляд этот был без эмоций, вроде бы даже подкупающий своей трезвостью и противоположностью большинству других. А ведь на стороне Морарь большинство только потому, что до газеты «Взгляд» прокремлёвскую позицию никто особо и не озвучивал. Господа Леонтьевы, Андреевы, Брилёвы, Сёмины и прочие попросту замалчивали ситуацию, либо сообщали настолько скупо по сравнению, например, со всякими «английскими камнями» и «оранжевой чумой». Но, вчитываясь во взгляд «Взгляда» не могу не возразить по пунктам ему, а заодно и Леонтьеву.

Дело в том, что ранее Морарь работала пресс-секретарем коалиции «Другая Россия» и участвовала в Маршах несогласных. Таким образом, оставаясь иностранной гражданкой, она занималась политической деятельностью, в том числе связанной с нарушениями общественного порядка (во всяком случае, с точки зрения правоохранительных органов, громкие акции «несогласных» – это именно нарушение общественного порядка).

Вот именно, что конституционное право граждан России организовывать митинги рассматривается нашими блюстителями законности как нарушение общественного порядка. Вот если бы госпожа Морарь участвовала в не менее, а даже более опасных для общественного порядка акциях прокремлёвской молодёжной массовки, тогда она, в глазах наших блюстителей законности, была бы иностранной гражданкой, занимавшейся политической деятельностью, в том числе связанной с укреплением общественного порядка (во всяком случае, с точки зрения правоохранительных органов, громкие акции «наших» – это именно укрепление общественного порядка).

Имеют ли право российские пограничники не впускать в страну иностранного гражданина, имеющего вид на жительство и право на работу в РФ? <…> Ответ на первый вопрос однозначен: имеют. Все рассуждения о незаконности действий российских властей смехотворны. ЛЮБОЕ государство имеет право не впускать на свою территорию ЛЮБОГО иностранца. Независимо от наличия у него любых виз и разрешений. И многие государства этим правом активно пользуются.

Несомненно, власти любой страны имеют полное право не пустить в эту страну любого иностранца, причём без объяснения причин. Если такое право и можно пытаться оспаривать, то нельзя не признать, что действительно даже в западные страны вас могут также не пустить (якобы). беспричинно. Здесь поспорить с российскими пограничниками трудновато. Да с ними вообще спорить не рекомендуется даже стопроцентным гражданам России, не говоря уже об иностранцах. В этом «Взгляд» прав.

Тут же вспоминается аргумент Леонтьева о том, что Морарь не доказала пограничникам, что она не проститука. Господин Леонтьев, видимо, очень озабочен проблемой проституции. Другие аргументы ему на умишко не пришли. Только вот теперь что, всем иностранцам доказывать прямо на границе, что они не проститутки и не проституты. Представляю себе процедуру доказательства.

Почему молодую малоизвестную до недавнего времени журналистку понадобилось не впускать в страну? <…> «Неужели Наташа Морарь представляет национальную угрозу?» – риторически вопрошают защитники «изгнанницы». Это вряд ли. Да и сомнительно, чтобы по поводу конкретной гражданки принималось специальное политическое решение. Скорее, сработала бюрократическая инерция. Хотя некий политический смысл все равно в этой истории проявился. А именно – «чтобы неповадно было». Иностранный гражданин, прибывший в страну, обязан быть лояльным по отношению к государству и не вмешиваться во внутриполитическую борьбу. Если ему или ей не нравится существующий политический режим, ему незачем оставаться здесь. Он или она находятся в стране по доброй воле государства, а потому должны сидеть тихо.

Сомнительно-то сомнительно, да никаких сомнений нет. Если бы по делу Морарь не принималось специальное политическое решение, то её просто не пустили бы в Россию и не стали бы придумывать «разъяснение со ссылкой на закон «О порядке выезда и въезда в РФ», в пункте 1-м статьи 27-й которого сказано, что иностранному гражданину может быть отказано во въезде на территорию России «в целях обеспечения обороноспособности или безопасности государства, либо общественного порядка, либо защиты здоровья населения»«. Когда американский пограничник, посчитав вас недостаточно благонадёжным или платёжеспособным субъектом, или просто внушающим некие призрачные подозрения, завернёт вас на самой границе, он не станет рыться в американской Конституции, а тем более, в многотомных анналах англосаксонского прецедентного права, чтобы дать вам справку по какой такой статье вас завернули. Здесь же мы видим, хоть и с некоторым запозданием, попытку как-то озаконить разворот.

Здесь-то как раз правы представители оппозиционных СМИ, которые сразу же указали на то, что Морарь, возможно, и осталась бы малоизвестной, если бы её материал не попал в самую точку. И этот материал, что самое страшное для Кремля, попал почти в самое сердце – в сплетение политики и финансов, в тайные рычаги управления политическим процессом в стране. Больнее было бы, если бы статья Морарь касалась личных финансов воротил нашей партии и правительства.

Иностранцы, конечно, должны быть лояльны (хотя бы внешне) по отношению к впустившему их к себе государству. Но страшная ирония состоит в том, что, как оказывается, именно иностранцы способны раскрыть глаза хотя бы читателям «малотиражного оппозиционного еженедельника» на тайные пружины российской политики. А уж про «тихо сидеть» – это вообще из каких-то плебейских соображений. Ну, так у нас народ такой, плебейский. Не хотелось бы снова употреблять слово «быдло». Я всё ещё надеюсь, что нас такими сделали и сделали не насовсем.

Что теперь должно делать российское государство? <…> Независимо от того, верным ли было решение, его нельзя менять под давлением извне.

Здесь автор, очевидно имел в виду «…верным ли было решение или нет…», но в запале и под конец с логикой у автора поплохело. Мы поняли его истинный смысл. Менять, действительно, как-то несолидно. Если поменять под давлением изнутри, значит признать, что оппозиция не настолько малотиражна. Если менять под давлением извне, значит признать, что все эти «антироссийские силы» правы. Наше нынешнее государство ни за что не пойдёт ни на один из двух вариантов.

Есть и другие варианты. Во-первых можно втихую после паузы решение поменять. Однако, такой поворот не останется незамеченным. Во-вторых, можно заявить, что наш президент-»либерал» считает решение предыдущих властей непродуманным, необоснованным, слишком суровым, что он вообще не знал, а всё было сделано очередными «оборотнями в погонах». Но вряд ли наш новый президент такой уж либерал, и вряд ли он решится (или ему позволят) дезавуировать политическое решение своего предшественника в ближайшем будущем.

Кстати, журнал «Новое Время» назван в статье газеты «Взгляд» «малотиражным оппозиционным еженедельником». Возможно, тираж в 50 000 экземпляров и малый, но даже в далёком от политики «Ашане» в провинциальной Самаре журнал раскупают. Что же наше государство так болезненно отреагировало на публикацию в малотиражном оппозиционном еженедельнике журналистки, которая до этого спокойно неоднократно публиковалась и даже принимала участие в акциях по «нарушению общественного порядка». А тут вдруг после одной единственной статьи стала «угрозой для безопасности страны». Не журналистка, прямо, а ядерная бомба.

Банкоматное…подозрительное

Понадобился мне сегодня банкомат несчастного «Райффайзенбанка», и пошёл я в «Медиа-Маркт», где, как мне сказали, появился таковой. Но не тут-то было. Может быть, это только со мной такое происходит, но уж слишком часто я и банкоматы-австрияки входят в ситуацию австрийской бесполезности. То у них нет наличности. То они вообще не работают.

Банкомат в «Медиа-Маркте» светился чёрным экраном с надписью в духе «Виндоуз не смогла загрузить какой-то там файл». Оказывается, банкоматы тоже управляются доброй старой Windows. Так они ведь могут в любой момент зависнуть! Напечатает тебе банкомат чек на выдачу пяти тысяч, а выдаст одну, и докажи потом, что ты не дурак.

Но в этом банкомате меня заинтересовало ещё одно. Обычно щель для карточки – просто щель. Но у этого банкомата щель представляла собой некое плоское выдающееся сооружение из полупрозрачного зелёного пластика со значком замка в кружочке на верхней поверхности. Причём прилажено это нечто было как-то уж очень топорно, со следами клея в некоторых местах. Может быть, всё в порядке, просто такую щель отломали, а потом пришлось срочно приклеивать. Но после того, как всю прошлую неделю российские блоггеры с украинской подачи обсуждали тему мошенничества с банкоматами, моё доверие к данному банкомату пропало. Даже если бы Windows смогла загрузить некий файл, свою карточку я бы им не доверил.

Наш Брежнев

Тархову, кажется, не дают покоя лавры Брежнева, который «коллекционировал» ордена и медали ни за что, ни про что. Сначала ему вручили грамоту от МЧС за доблестную борьбу с очисткой снега по очистке улиц от снега в конце января. Теперь Тархов заполучил некую орденом «Ивана Калиты» за некие заслуги «в деле возрождения и сохранения российской культуры, духовности, развития образования, науки и искусства». Орден сей учреждён некоей «Международной Академией Общественных Наук» (ошибочная орфография оригинала сохранена) для награждения «одухотворенных идеей  возрождения России, в ком чувство долга выше славы, чья добродетель озаряет время в котором они живут, кто содействует согласию и  оберегает мир, чтобы в чести и в силе жила Российская Держава».

С одной стороны, мэрия хорошо пиарится на фоне провальных пиарпоказателей января-февраля. Хотя наградной пиар уж как-то сильно смахивает на фарс или некий трагикомичный пир во время чумы. Мол, Самара погребена под снегом, а мы доблестно с ним боремся с помощью грамот МЧС. Мол, культура наша погребена уже не одно десятилетие под бескультурьем, а мы одухотворены её возрождением с помощью ордена Ивана Калиты. Тогда уж Лиманскому три таких ордена надо было выдавать за то, сколько он «радел» за строительство разных церквей.

С другой стороны, городская администрация создаёт шум из ничего. Конечно, МЧС – серьёзное ведомство, но вручили всего лишь грамоту. Можно в любом магазине канцтоваров купить бланк, подписать «МЧС» и готово, а можно даже не подписывать, а чуть ли не в Microsoft Word сделать всё как надо и вручить. Конечно, «Академия» звучит солидно, но этих академий у нас сегодня, как собак нерезанных, а та Академия, что вручала, всего лишь какое-то общественное заведение с сомнительной репутацией, раз уж не в ладах с русской орфографией. Всегда вызывают подозрение всякие академии, учреждающие разные ордена и медали, всякие кандидаты с масонской шевелюрой и всякие Романовы, которые в обход всех традиций и законов царствующих семей утверждают, что они – законные престолонаследники.

Так верёмся к Тархову. Очевидно, наш градоначальник всерьёз чувствует шатание почвы под собой, раз уж стал обвешиваться грамотами и орденами, словно Брежнев эпохи позднего застоя, когда всё вокруг «ржавело», кроме отблеска орденов на груди главного.