Биологическая война объявлена

Об этом не сообщает радио, не показывает телевидение, не пишут газеты, не говорят губернаторы. Но это уже давно происходит в нашей стране. Это – биологическая война против своей страны и своего народа. Это – полная безалаберность всех инстанций. Это – закрытые и разграбленные биофабрики и прочие подобные производства.

Не так давно попалась мне публикация в одном из самарских ЖЖ-сообществ, которая привела меня в блог, расказывающий о вылазке экстремалов на территорию бывшей Приволжской биофабрики №6 (ФГУП) в Новокуйбышевске. Фабрика была основана в 1930 году в восточной части нынешнего Новокуйбышевска на базе молочно-овощного совхоза. Данное предприятие занималось выпуском биопрепаратов для лечения и профилактики болезней животных и птиц. Ещё не так давно руководство фабрики разрабатывало проект организации производства лекарственных препаратов и для людей, чтобы спасти производство от банкротства. Однако проект, очевидно, не был воплощён в жизнь, так как в 2004 году фабрика обанкротилась и закрылась. Впрочем, вакцины производства Приволжской биофабрики по-прежнему продаются через Интернет. Имущество было распродано, разграблено или попросту брошено. В производственных корпусах предлагалось устроить торговый центр (может быть, такие планы ещё существуют). Ещё, рядом с фабрикой было обнаружено нечто типа скотомогильника, территория которого была после этого забетонирована и отдана под продовольственные палатки.

Самарцы спокойно (судя по отчёту) пробрались на территорию фабрики, чем, наверное, регулярно занимаются многочисленные местные подростки. Повсюду были найдены документы, колбы, банки, остатки мебели и оборудования. В большинство помещений доступ открыт. Там можно найти чуть ли не ёмкости с химреагентами и вакцинами.

Теперь представьте следующее. Город Припять. Покинутый город, пропитанный радиацией. Всё брошено в том виде, в котором всё было сразу после аварии. Но приходят подростки. Ночуют бомжи. Некоторые площадки бетонируют и тут же устраивают палатки с продуктами. А ведь примерно то же самое происходит в Новокуйбышевске.

Почему мы так халатно относимся к бомбам, по которым ходим? Почему государство (а фабрика государственная) допускает сначала закрытия важного производства (ну, ладно, не выгодно, не нужно, закрыли), а потом (что самое страшное) оставляет минное поле неразминированным? Почему у нас бывшие опасные производства просто закрываются, а не деактивируются? Почему создаётся ощущение, что всё бросили, как после страшной аварии?

А может, были и аварии? Может, та лошадь, про которую говорится в блоге, – свидетель страшных событий или работ, проводившихся на биофабрике? А может, даже наверняка, скотомогильники устраивались с многочисленными нарушениями, что приводило (приводит до сих пор?) к загрязнению окружающей среды, почвы, подземных вод. Наверняка, в этом есть доля истины. В конце концов, кто их знает, по каким нормам строили скотомогильники в 30-е, 40-е, 50-е…

Кто знает, какую заразу разносят на своих подошвах те, кто бывает на заброшенной фабрике. Даже если просто поставить охрану и никого не пускать, мало что изменится. Факт остаётся фактом: опасное производство с его составляющими брошено на все семь ветров. Кто знает, как, когда и где аукнется наша нынешняя халатность, преступная безалаберность и русский пофигизм.

UPDATED: Вот ещё фотографии с объекта.