Записки Самарского обывателя

В этом году на сбор цен я вышел в компании Нины seleste_rusa. Нине было интересно посмотреть, как я делаю практическую часть ежегодного обзора, а мне было и веселее и спокойнее. Приключение растянулось на два дня и прошло без происшествий.

Благодаря участию Нины в обзоре добавилась “Пятёрочка”. В “Пятёрочке”, “Перекрёстке” и “Магните” цены собирались конспиративно, с помощью мобильного телефона по разработанной мною в прошлом году методике. А вот в “Ашане” и даже “Копейке” решено было сделать всё быстро, хотя и более открыто – с помощью списка и ручки. Ни в одном из магазинов к нам не подходили и не требовали прекратить перепись. Хотя в “Магните” мы получили целый пучок подозревающих взглядов со стороны одной из работниц. Но даже тот факт, что Нина не выдержала и рассмеялась в тот момент, когда девушка проходила мимо нас, продавщица проявила стойкость и смолчала. Немудрено, ведь, приоткрывая завесу сообщу, что “Магнит” оказался победителем хит-парада цен 2010 года.

Подробности уже скоро в сводной таблице в “Записках Самарского обывателя”.

Сегодня в Самаре состоялся третий флэшмоб за отмену перехода на московское время. На площади Славы собралось чуть больше людей, чем в прошлый раз, хотя и немного меньше, чем в первый. Думаю, количество собравшихся было чуть больше 100. В отличие от прошлого воскресенья, сегодня на площади было заметно присутствие милиции – уазик, несколько легковушек, прогуливающаяся по площади парочка и несколько милиционеров у Белого дома. Флэшмоб прошёл по традиционному сценарию – около 17 люди сошлись в центре площади, образовали круг и стояли так минут десять, светя фонариками. Никаких лозунгов, плакатов, техники, призывов.

Что отличало третий флэшмоб от первых двух, так это милицейская видеосъёмка. Оператор бессменный.

Но сегодня вроде бы никто из милиционеров не подходил к флэшмобберам и не интересовался наличием разрешения или целью акции. Впрочем, с каждым воскресеньем в Белом доме всё больше кабинетов освещены.

Была на площади ещё одна камера. Сначала снимал мужчина, который на фото справа в красной шапочке. Когда флэшмоб закончился, а люди стали расходиться, к оператору подошёл другой мужчина (на фото ниже он с камерой), приладил (после трёх падений) фонарик к камере и снова стал снимать. Он направлял камеру на остатки людей. А потом нам покажут по телевидению флэшмоб с комментарием о том, что на акцию пришло два десятка людей. Вроде бы и свобода слова – показали акцию оппозиции, но и в таком свете, что выглядит протест совсем уж куцым.

В конце мероприятия люди подписывали какое-то обращение. А на площадь спешила новая большая группа молодых людей. Я даже подумал, что состоится какой-нибудь контр-митинг за московское время, но вроде бы ничего не было.

Сегодня снова три ссылки. Начну со статьи Латыниной:

Вертикаль есть, а государства нет

…государство российское устроено весьма странно. Проще всего сказать, что вертикаль в России есть, а государства нет, если не разуметь под государством возможность отобрать у любого бизнес да танками пытаться оторвать яйца Саакашвили, как посулил Владимир Путин. <…> И вот перед правителями стоит сложная задача — легитимировать режим. <…> Наконец, есть еще один способ легитимизации. Он называется «фашизм». «Мы русские (немцы, японцы, кикуйю) — поэтому мы самые великие».
Фашизм от патриотизма отличается очень просто. Патриот говорит: «Я русский, поэтому я сделаю все, чтобы моей страной можно было гордиться», — а фашист говорит: «Я русский, поэтому я велик по определению». Фашизм формулируется очень просто: Долой Парламентскую Говорильню, Стране Нужен Единый Лидер, Прогнившие Демократии Нас не Любят — и все прочее, что есть в «Майн кампф» Адольфа Гитлера. Но с фашизмом есть одна проблема. Если исповедовать эту идеологию на государственном уровне, то это может создать проблемы для вилл, счетов и детей, которые покупаются, открываются и обучаются именно в странах Прогнившей Демократии, которые Нас не Любят. Поэтому рождается обезжиренный вариант. Нам все время объясняют, что Запад разложился, что Они Нас не Любят, что Великой Стране нужен Великий Лидер, но вроде как официально этого и нет. Это не в Кремле, это на озере Селигер.

Эти мысли этого автора не новы, но вновь чётко и доходчиво ими описано то, что мы имеем в нашей политической жизни. Можно спорить с пеной у рта о том, что термин “фашизм” неправильно истолкован или употреблён. Это мелочи, которыми можно в данном случае пренебречь. В остальном ведь так всё и есть: парламент – не место для дискуссий, вокруг одни враги, Россия – для русских, демократы – дерьмократы и леберасты, несогласные – пособники ЦРУ. А мужчина, играющийся с гаджетами за зарплату от Apple – это прикрытие регентства. Вот вам, выкусите, у нас всё по Конституции.

В такой стране, где вместо государства – вертикаль, происходят всякие непритяные и неудобные для граждан вещи. Вот, например, получение прав. В Грузии, яйца президента которой хотел схватить наш премьер, с этим обстоит сверхцивилизованно:

Сравнения псто

Тем, кто расспрашивает меня о Грузии, я протягиваю синюю пластиковую карточку.

— Грузинские права? А что, там нельзя ездить по российским?

— Можно. Но угадай, сколько на это ушло времени?

— Ну…

— Сто сорок секунд!

А если у тебя вообще нет прав — ни российских, ни каких-либо других? Тогда все может затянуться чуть ли не на час! Это я тоже проверил. Про обучение на курсах даже не спрашивают. А что с регистрацией машин?

— Редко когда на снятие и постановку на учет, включая растаможку, уходит больше пятнадцати минут, — уверяет Санадзе. — Обычно девять-десять минут. Не верите? А вы поговорите с водителями.

— Нет у нас блатных номеров! Нет даже номеров для полиции! У нас так нельзя. Вот, например, я полицейский. Если я нарушу и меня остановит другой полицейский, а я ему покажу удостоверение полицейского или скажу: «Отпусти, брат, я сам из полиции», — меня уволят.

Леван ведет в мастерскую, где с помощью нехитрых клише и пресса один полицейский штампует номера, а другой накатывает на них краску. Кстати, по желанию номер может быть как продолговатым «европейским», так и «квадратным», причем без доплаты. На изготовление «заказного» номера уходит минуты три. <…> Оказывается, техосмотр постигла та же участь, что и медицинские справки. В Грузии сочли, что как очаг коррупции техосмотр приносит больше вреда, чем пользы, — и отменили его минимум до 2012 года, пока не появится механизм, исключающий взятки. По тем же причинам, кстати, отменили и санэпидемнадзор, и пожарные инспекции… Естественно, в Грузии не стало больше ни тараканов, ни пожаров. Нет в Грузии и ежегодного транспортного налога. Единственный существенный сбор с автовладельцев — таможенная пошлина, которая зависит от года выпуска автомобиля и объема двигателя.

— Михаил, постойте! Я забыл сказать, что мы работаем 365 дней в году, без праздников и выходных.

Они могут отменить процедуры, честно признавшись, что средств борьбы с коррупцией там пока не придумано. Мы будем создавать кучу комиссий по борьбе с коррупцией, но и все коррупционные процедуры останутся. Они могут работать каждый день, мы же можем пол-января страдать от безделья и утверждать, что это очень полезно для организма (не иначе, как ослабленного бурными десятидневными возлияниями). Они могут реформировать свою полицию, мы можем только переименовать её, даже не пискнув о том, что министру давно пора подавать в отставку.

Когда же кто-то пытается хотя бы пискнуть по поводу беззакония, коррупции, растрат государственного бюджета или акционерного капитала, это тут же становится причиной для изысков, как бы так поменять в очередной раз законодательство, чтобы заткнуть рот недовольным и слишком любопытным:

Восстание корпораций

Крупные компании одна за другой предлагают ограничить право миноритариев на информацию. Этому мешает действующий закон, и корпорации пытаются его «поправить»: «Норникель» и ВТБ апеллируют к законодателям, а «Роснефть» дошла до Конституционного суда. <…> Скорее всего речь идет о юристе Алексее Навальном, который владеет акциями ВТБ, «Роснефти», «Транснефти», Сбербанка и других компаний, запрашивает у них информацию и затем раскрывает ее на своем сайте.

Пугать, не пускать, не говорить – лучшие инструменты в дополнение к извечному принципу “хлеба и зрелищ”. Ну, в нашей вертикали, по крайней мере.