Записки Самарского обывателя

За апрель-май накопилось большое количество фотонаблюдений за самарской жизнью. Здесь и дети на крышах, и интересные вывески, и съёмки кино, и выкрутасы индивидуального строительства. Под катом 17 фотодокументов с комментариями.

Скоро будем отмечать очередной день защиты детей. Дети – наши цветы. Но почему-то цветы порой растут не в цветниках, а где попало. Вот в апреле парочка таких “цветочков” гуляла на одной из крыш на улице Куйбышева. На карниз поставили пивную бутылку. Да и письменности такие детки обучаются, рисуя на трубах.

Что поделать, если родители некоторых детей предпочитают проводить время в пивных. А чтобы им было удобнее, некоторые пивные устраивают детские площадки прямо у своих дверей, как на Осипенко. Пока родители отовариваются внутри, дети могут посидеть на лощадке или паровозике. Заодно дети смотрят на рекламу того продукта, которым через несколько лет будут упиваться.

Но есть и поводы для радости. К праздникам город слегка приукрасился. Накануне 9 мая высаживались цветы на площади Славы.

А “по приказу полковника Шустова” установили скамейку возле торгового центра “Аквариум”.

Также накануне праздника вдруг быстренько поменяли асфальтовое покрытие на Мориса Тореза, причём полностью – от бордюра до бордюра. В один день верхний слой асфальта был срезан. Пару дней асфальтовая пыль полетала по окрестностям. А потом вдруг совершенно незаметно на дороге оказалось новое покрытие. Думаю, а не подсуетился ли здесь Александр Фетисов, клиенты чьего фитнес-центра всё время вынуждены были гробить дорогие автомобили на морисоторезовских ямах?

Но некоторые виды благоустройства удивляют. Так, не успели в прошлом году отремонтировать Полевую у Молодогвардейской, как в этом году уже нарезали подозрительные кубики.

Если поднять глаза от одной из российских проблем, можно обнаружить много интересного. Например, на Некрасовской сохранилась вывеска с советским гербом.

А на одном из современных офисных центров новая фишка – “печать” с указанием о сертификации центра по определённому классу. Правда, сертификация почему-то временная – до 1 января 2013 года. Интересно, а после центр понизят в классе?

Пока где-то строят новые здания, в других местах разрушают старые. И никаких табличек. Так, вместо окон на угловом здании милицейской казармы на углу Вилоновской и Максима Горького появились псевдоокна. Если присмотреться, окажется, что от здания осталась вообще только стена.

Вот такая разруха у нас местами. Но именно послевоенное состояние доброй половины Самары привлекает киносъёмочную группу, которая вновь приехала к нам. В начале мая съёмки велись в одном из домов на Венцека.

Впрочем, скоро и киношникам ничего не останется делать в Самаре, так как остатки исторических зданий канут в лету. Есть у нас первый советский микрорайон “Первомайский” постройки 1930-х годов. Милые домики спрятались во дворах на углу Первомайской и Ново-Садовой. Но кто-то взял и надстроил один из них.

Кто выдал разрешения и согласования на подобные небезопасные виды индивидуального строительства? Балконы нависают далеко вперёд над стенами зданий 80-летней давности. Тяжёлые плиты держатся на тонких металлических балках. Остаётся только промолчать про затенение окон верхних этажей и про то, как какая-то труба (наверное, вентиляционная) почти уткнулась в пол надстроенного этажа.

Стены исторического здания уже начали давать трещины. Выдержат ли дома первого советского микрорайона такие надругательства над собой?

Впрочем, надругательства над всеми нами на каждом шагу. Пройдите по навесу, который сделан рядом со стройкой площадкой доразрушения зданий бывшего ликёро-водочного комбината “Родник” на Льва Толстого. Горы мусора и пустых пивных бутылок здесь лежат в горах пыли годами. Ни городские коммунальные службы, ни собственники территории завода не озабочены уборкой.

Но даже в таком сраче, который встречается в Самаре на каждом шагу, люди надеются на встречу с чем-то или кем-то хорошим. Кто-то даже пишет личные объявления о знакомстве витиеватой вязью на городских афишах.

Вот такие местные наблюдения за последнее время.