Вышка

Высшее образование в России в своей массе деградировало и превратилось в мёртвое болото, рождающее мёртвых детей. Оно не способно даже самоочищаться, ибо это подобно для него ликвидации. А даже мёртвые организмы хотят существовать. Смерть российского высшего образования наступила вовсе не с истощением государственного финансирования, а тогда, когда у нас стало принято требовать диплом о высшем образовании даже с уборщиц, и тогда, когда уровень дедовщины и неустроенности в армии зашкалил все мыслимые пределы и подтолкнул мужское население к массовому бегству в вузы.

Именно в этот момент высшее образование почувствовало огромные возможности по расширению и обогащению. Новые специальности, факультеты, кафедры, вузы расплодились по всей стране. Стали появляться филиалы в каждой деревне. Казалось бы, возможности для получения высшего образования появились у любого гражданина. Наконец-то можно было поступить хотя бы в какой-то вуз, хотя бы платно. Наконец-то можно было удовлетворить своё эго и эго своего начальника дипломом о высшем образовании. Тут же пошла мода на второе высшее образование, которое, в большинстве случаев, является не меньшей профанацией, чем первое.

Lomonosov statue at Samara State University

Статуя М. В. Ломоносова у Самарского госуниверситета

Наши вузы наполнились всяким сбродом, которое ничуть не приучено к каким-либо нормам и правилам общественного поведения, культуры. Все эти “дети” – вавилонское смешение отдельных личностей, отдельных талантов, отдельных способностей с множеством бездарностей, множеством неучей, множеством асоциальных личностей, множеством недорослей и множеством хамов. Вся эта масса убивает рациональное зерно и рациональных людей. Некоторые выживают, некоторые с честью выходят из ситуации, некоторые способны отстраниться от дерьма, некоторые гибнут, некоторые деградируют. Позволяя держать дерьмо в жилой комнате, мы убиваем даже добропорядочных жильцов этого дома.

А система уже не может по другому. Система распухла от питательной среды и существует только за счёт постоянного пополнения той массой, которая идёт в систему. И этой системе не важно, какая масса имеется на выходе – питательная и здоровая, гнилостная и безнадёжная или разнородная. Если пытаться сдерживать потоки шлака или, тем более, попробовать очищать организм изнутри, то система начнёт загибаться. Но система не может себе этого позволить, поэтому в ней предусмотрены многочисленные механизмы самосохранения.

Сейчас вполне официальны разнарядки – за 10 отчисленных студентов снимается ставка преподавателя. Преподаватели поставлены перед фактом – либо держите студентов как хотите и как можете, либо идёте на биржу труда. С одной стороны, это вполне рациональный подход. Действительно, не держать же работников, для которых нет работы.

Но проблема в том, что высшее образование в России разрослось. Предложение многократно превышает… нет, не спрос даже, а разумные рамки для разумного сдерживания и фильтрации спроса. Можно отчислять студентов и увольнять работников, но отчисленные студенты достаточно легко найдут другие вузы, где их будут рады видеть. Так зачем же отдавать конкурентам свои ресурсы? Надо держать их при себе. Не важно, какие это студенты. Не важно, какой с ними получается образовательный процесс и получается ли вообще. Главное, сохранить каждый элемент системы и всю систему в целом.

Преподаватели фактически не имеют никаких прав, только обязанности. Права есть лишь у студентов, и практически никаких обязанностей. Вузы стали у нас подстилкой для студентов. Опять же, в этом есть доля разумного – вузы ведь всего лишь обслуживают своих клиентов, особенно платных. Но это переходит уже границы дозволенного.

Нет никаких положений, в которых хотя бы примерно говорилось о том, сколько лет подряд студенты могут обучаться в вузе, не сдав экзамены в предыдущие сессии. Многие только на пятом курсе “вспоминают” о “хвостах”. Можно не приходить на занятия, можно не приходить на контрольные работы, можно даже не приходить на экзамены. Можно не приходить на пересдачи или приходить по пять раз.  А преподаватели обязаны слушать этих недоумков и десять раз, в своё свободное время, в обеденный перерыв, тогда, когда это удобно недоумкам. И нет гарантии, что потом недоумки не напишут докладную, в которой будет заявлено, что преподаватель назначал пересдачи и не являлся. Нет гарантии, что на экзамен недоумки не явятся в нетрезвом состоянии. Вот если бы преподаватель себе позволил систематически пропускать занятия, прийти на экзамен нетрезвым или другие “шалости”, то возмущению некоторых студентов не было бы предела. Но сами эти студенты вполне допускают подобное для себя.

Они ведь знают свои права. Они знают, что преподаватель не может их не пустить на занятия, не может удалить с занятия, не может отобрать сотовый телефон, не может наорать, не может заставить выполнять домашнюю работу. Преподаватель не может ничего. Преподаватель обязан только ублажать студентов, делать программу сложной для отчётов, но адаптированной под невысокие способности и желания студентов, обязан танцевать и развлекать, обязан готовиться к занятию, обязан всегда являться и носить за всех литературу, обязан быть вежливым и ласковым.

А ещё у современных студентов нет родителей. Практически все студенты показывают полное сиротство. Почему? Да потому, что не менее половины вообще не знают никаких сдерживающих норм и элементов поведения в общественном месте, в высшем учебном заведении. Потому, что преподавателям приходится не столько учить, сколько воспитывать, играть роль мам и пап, которые не соизволили лупить своих чад как следует в детстве.

Вот так наше высшее образование и выпускает в своей массе невоспитанную и необразованную массу, с рудиментарными знаниями, с укоренившейся уверенностью в силу денег и своих “прав”, с закреплённым окончательно моральным и профессиональным уродством. Значительному проценту студентов от всей системы высшего образования требуется только одна вещь – диплом. А государство тратит миллиарды на содержание всякого сброда, на стипендии и социальные пособия, на ремонт и содержание учебных заведений и на хотя бы хилое обеспечение учебного процесса.

А надо бы взять и определиться, что этому государству надо. Нужны ли ему профессионалы, высококвалифицированные и воспитанные специалисты? Если да, то не нужно столько вузов и факультетов. Нужны чёткие положения о том, что студент, не сдавший экзамен и не получивший зачёт в сессию, отчисляется; о том, что такой студент не может перепоступить в другой вуз сразу или перевестись на заочное отделение; о том, что преподаватели имеют право не допускать на свои занятия по объективным показаниям. И не надо пришивать преподавателям вину за то, что студента выгнали из класса, а его потом машина сшибла. Студенты – не дети. По крайней мере, по идее. Не надо заставлять одних (преподавателей, студентов) страдать из-за уродства других.

Надо всего лишь раз и навсегда похоронить труп российского высшего образования.

Выскажите своё мнение

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: