Собрание дольщиков в Доме архитектора

Сегодня  в самарском Доме архитектора прошла трёхчасовая встреча представителей института “Ленгипрогор” с местными архитекторами, поданная как обсуждение проекта преобразования исторического центра Самары с профессиональной общественностью. Однако присутствие ряда официальных лиц и характер происшедшего показывает, что встреча вряд ли задумывалась как конструктивный диалог. Более того, оказалось, что часть присутствовавших архитекторов уже вовсю участвует в сомнительном проекте.

Встреча планировалась как узкоспециальная, но характер и масштаб мастер-плана, предложенного питерским институтом, не могли не вызвать интереса у общественности. Впрочем, на пути большей части общественности встал охранник, неожиданно появившийся в дверях Дома архитекторов и пускавший либо по списку, либо по личному указанию кого-либо.

В зале собрались далеко не только архитекторы и представители СМИ, но и некоторые чиновники. В частности, были министр строительства Самарской области Алексей Гришин, заместитель министра строительства Самарской области Анатолий Баранников, председатель самарской городской думы Александр Фетисов, глава департамента информационной политики областной администрации Сергей Филиппов, пара чиновников городской администрации и два советника мэра Самары – Алла Дёмина и Виталий Стадников.

Alexey Grishin, Samara, 21 February 2014

Алексей Гришин, министр строительства Самарской области

Министр строительства Самарской области Алексей Гришин заявил, что никаких публичных слушаний на данном этапе не предусмотрено, хотя потом что-то могут обсудить с общественностью и вносить некие изменения.

Это является одной из самых больших загвоздок всего предприятия. Дело в том, что план активно проталкивается как не подлежащий обсуждению на слушаниях, поскольку затрагивает объекты регионального значения. Но таковым был стадион, который в конце концов перенесли в Радиоцентр. Таким образом, объектов регионального значения больше вроде бы нет, а эфемерный статус как бы остался.

Председатель самарского отделения Союза архитекторов Юрий Корякин дал слово гостям.

Главным гостем стал Юрий Перелыгин. Он является одновременно генеральным директором института “Ленгипрогор” и советником губернатора Самарской области Николая Меркушкина. Вообще-то странно, что никто до сих пор не задался вопросом об уместности очевидного конфликта интересов. Г-н Перелыгин числится советником губернатора, будучи директором организации, которая признаётся победителем конкурса по разработке проекта планировки и межевания исторического центра Самары. Кстати, эта организация – “Ленгипрогор” (несмотря на казалось бы советское название, это ООО) – не спешит анонсировать свой проект на своём же сайте (есть лишь ссылка на материал самарской прессы в новостном разделе).

Чтобы понимать, с каким человеком мы имеем дело, надо процитировать его слова, сказанные совсем недавно:

Мы выбрали для «восстановления исторической справедливости» место, с которого Самара начиналась. Сложность проектов в том, что они реализуются на территории, уже потерянной с точки зрения исторических артефактов. Сохранилось только два исторических квартала, но и в эту среду уже внедрили множество «новоделов». Наша задача состоит в том, чтобы вписать новые объекты в среду и проследить, чтобы они с ней не диссонировали.

О какой “исторической справедливости” речь? Выше говорится о том, что “основная задача – превратить эту территорию из нынешней промышленно-складской в исторически достопримечательную, насыщенную жилыми и деловыми функциями”. Позвольте, исторически это и была промышленно-складская территория. То есть, ни о каком восстановлении “исторической справедливости” речи не идёт.

Далее, г-н Перелыгин считает возможным строить новые объекты, хотя тут же критикует “новоделы”. Чем отличаются новоделы Перелыгина от новоделов самарских архитекторов, предпочитающих не приходить на данные встречи или отмалчиваться? И где гарантия того, что новоделы Перелыгина не будут потом прокляты как чуждые следующим поколением преобразователей?

Наконец, пассаж о том, что на всей территории в 120 гектаров сохранилось лишь два исторических квартала, должен окончательно разубедить наблюдателя в профессиональной квалификации и искренности говорящего. И как потом удивляться мечтам Николая Меркушкина “избавиться от развалюх в центре”, когда у него такие советники, которые думают, что в самом центре исторической части Самары осталось всего два исторических квартала, да и то, по словам Перелыгина, сказанным в пятницу, это “позор города” и “наркоманский притон”.

Но начал свою долгую презентацию Юрий Перелыгин вовсе не с наркопритона и наследия, а с рассмотрения перспектив развития страны: население стареет, промышленность уходит, жители даже крупных городов уезжают в Москву и Санкт-Петербург, где им предлагается разнообразие вакансий. Собственно, это разнообразие вакансий и должен породить новый центр Самары, если его переделать, как предлагают товарищи Перелыгин и Меркушкин.

Г-н Перелыгин заявил, что для удержания населения необходимо вкладывать не в промышленное производство, которое в условиях высокой автоматизации даёт небольшое количество рабочих мест, а в городское развитие. Правда, можно поспорить, сказав, что городское развитие включает в себя и развитие промышленности. Но в целом здесь трудно хотя бы отчасти не согласиться с выступавшим. Кстати, он также отметил, что решение о переносе речного порта принималось властями, и разработчики проекта к данному решению отношения не имеют.

На примере Иркутска г-н Перелыгин хотел показать, что проще выбрать один квартал, снести там всё лишнее и слишком ветхое, построить новые здания в стиле старых и таким нехитрым способом как бы сохранить историческое наследие, вдохнув в него новую жизнь и создав то самое разнообразие вакансий. Знающие и понимающие люди могли только ухмыляться подобному культурному невежеству человека из, якобы, культурной столицы страны.

Выступающие несколько раз упомянули про то, что собираются создать некие пешеходные зоны, которые позволят людям легко и быстро добираться из одной точки территории в другую. Замечу, что слов “пешеходная улица” не звучало. Да и откуда им там взяться, когда в узкое горло хотят всунуть крупный торговый центр (под конец питерцы стали настаивать, что это не торговый, а многофункциональный центр), конгресс-холл, массу нового многоквартирного жилья при старой уличной инфраструктуре. Но я совершенно не понял, почему авторы плана считают, что сейчас людям трудно добраться из одной точки в другую пешком и вдруг станет легко после постройки всего задуманного.

Юрий Перелыгин неоднократно подчёркивал, что в своём нынешнем состоянии исторические кварталы Самары являются позором города и не могут оставаться без изменений в преддверии игр Чемпионата мира по футболу 2018 года, в связи с которым вся эта заваруха, на самом деле, и заваривается. Но, якобы, через 8-10 лет (всё сделать к ЧМ-2018 не успеют) район сможет стать самым популярным местом в городе. При этом г-н Перелыгин отметил, что переселять жителей на окраины не придётся – они останутся жить здесь же. Если бы не некоторые острые моменты в обсуждении, то подобные благостные картины уже сами по себе могли бы окончательно усыпить собравшихся архитекторов.

Острые вопросы последовали от Виталия Стадникова, которого, в частности, интересовало, где возьмутся парковочные места для большого торгового центра. На этот вопрос ответа не последовало. Зато в пылу перепалки Перелыгин обвинил Стадникова в том, что тот с самого начала был в курсе и даже участвовал в работах по проектированию. Дошло до того, что Перелыгин предложил обнародовать некое “соглашение” между ним и Стадниковым. Было или не было, но на данном примере очень ярко видно, к чему приводят дипломатические заигрывания – и свою позицию не отстоишь, и тебя же потом обвинят во всех грехах.

Светлана Малышева попыталась привлечь внимание в своему проекту восстановления старой самарской крепости. Но тема осталась без развития. Археологи ведут работы и продолжат свои изыскания на этой территории. Но на полное обследование под тем же заводом клапанов, на месте которого будет торговый центр, уйдёт немало лет. Кстати, я согласен с Перелыгиным в том, что всё равно никто достоверно не знает, как эта крепость выглядела. Поэтому вопросы про “археологический памятник крепость” лишь ставили говоривших это в один ряд с Перелыгиным-“двумя кварталами”.

Выступил и архитектор института “Ленгипрогор” Игорь Дранкевич. Он несколько раз подчеркнул, что в данном случае не стоит слишком придираться и к торговому центру, и к жилым комплексам, которые стеной закроют (или не закроют) центр от Волги, и к некоторым другим аспектам, поскольку это всего лишь мастер-план, а дальнейшей архитектурной составляющей и прорисовкой займутся и даже занимаются местные архитекторы.

Зал попросил назвать имена “со стены позора” (реплика из зала). Питерец отказался, сказав, что они сами выйдут, если захотят. И тут случилось неожиданное. Они вышли.

Люди, которые были ранее замечены за критикой проекта, словесным нежеланием участвовать в нём, стали выходить один за другим и признаваться в том, что занимаются отдельными проектами на данной территории. Но выглядело это так, словно они не просто что-то уже там проектируют, а именно участвуют своими малыми проектами в обсуждаемом большом, ну, или надеются поучаствовать.

Самогоров работает над жильём на месте снесённого элеватора, Храмов хотел бы продолжить работу на территории бывшего мукомольного завода и элеватора “две башни”.

Когда в участии или желании участвовать в большой перестройке исторического центра сознались первые два архитектора, осмелел и человек, которому в репутационном плане терять давно нечего – Анатолий Баранников. Правда, он, кажется, умолчал о своём вкладе в данный проект, ограничившись упоминанием другого личного “шедевра” – проекта переустройства пересечения Красноармейской и Галактионовской. Зато Баранников сдал Малахова и Галахова. Кто-то произнёс цифру семь. Таким образом, осталось выяснить фамилии ещё двух.

Впрочем, после этой встречи, в конце которой Корякин взял на себя смелость заявить от имени всех собравшихся, что “проект вполне заслуживает одобрения”, можно будет говорить уже не о двух, а о большем количестве. Тот же Астахов, накануне деланно критиковавший сообщество за неумение работать с властью и диктовать ей, вдруг стал рассыпаться в комплиментах губернатору за то, что тот находит общий язык с профессиональным сообществом.

Но осталось ли это сообщество и насколько оно профессионально? Этот вопрос звучит всё острее и чаще. Сообщество разобщено на тех, кто участвует в подобных проектах и пригрет властью/капиталом, тех, кто хотел бы участвовать, и тех, кто сохраняет какие-то силы и смелость на критику. А о профессионализме можно писать долго, и это будет далеко не всегда и не во всём комплиментарный опус.

Возвращаясь к проекту, был ещё один примечательный момент – канал или закрытый водоём, которым предлагается отделить Стрелку. Понятно, что это дань питерских разработчиков своей топографии. Но как они объяснили сей момент?

Юрий Перелыгин сказал, что обустроить открытые набережные Волги чрезвычайно трудно, поэтому решено сделать такой канал с закрытыми набережными. Видимо, имеется в виду, закрытость – камерность. Пример прекрасной самарской набережной Волги, вероятно, Перелыгину не пример. Оно и понятно – в Санкт-Петербурге толковой набережной Невы поди и нет. Кстати, можно предсказать, что и набережную Самары особо проектировать и делать не станут под теми же надуманными предлогами.

А вот архитектор из “Ленгипрогора” сказал вообще странную вещь. Он заявил, что примыкание парка к жилью некомфортно, поэтому жильё будет отделено от парка на Стрелке каналом. Тут я вообще не понял, что имелось в виду. Может, иметь парк рядом с жильём страшно – мало ли, маньяки там какие заведутся? Ну, так ведь маньякам ничто не помешает утопить жертв в канале.

Обратите внимание на церковь рядом с торговым центром – куда без церкви, а также некий амфитеатр прямо у стены Дома губернатора. Что это и зачем, нам неведомо. Но, судя по такому же амфитеатру на одном из проектов уродования площади Славы, амфитеатры – это новая фишка в архитектурных представлениях губернатора Меркушкина. Помимо возведения домов с фасадами в стиле XVIII-XIX веков (хотя в Самаре не осталось никаких фасадов XVIII века).

В общем, встреча, анонсированная как профессиональное обсуждение проекта “Ленгипрогора”, по большому счёту оказалась собранием дольщиков, принимавших или жаждущих принять участие в работе по переустройству самой старой части Самары. Пусть, дольщиками были не все. Пусть, кого-то возмущает соглашательская и от имени всего Союза архитекторов позиция его председателя. Суть не в этом, а в том, что бесполезно и поздно обсуждать мастер-план, который властями, кажется, уже принят как должное. Все эти встречи с общественностью и прочие обсуждения носят либо аврально-показной, либо дежурный характер.

Это моё личное мнение, которое может и будет расходиться с мнением других присутствовавших и неприсутствовавших. И те и другие вольны высказываться в комментариях, если посчитают нужным.

Реклама

Выскажите своё мнение

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: