Замониторились

В феврале правительство Самарской области отменило безлимитный проезд в общественном транспорте владельцам социальных карт, а губернатор Николай Меркушкин с пеной у рта доказывал, что льготники небедные и воруют. Первую волну протестной активности в феврале-марте пытались гасить слабыми попытками приравнять протестующих пенсионеров к оппозиционерам и даже экстремистам. Но когда череда митингов доросла до шествия в центре Самары, на свет появился некий мониторинг, по результатам которого количество бесплатных поездок увеличили с 50 до 60. Сам мониторинг, его методика и результаты вызывают такие вопросы, которые ставят под сомнение если не факт проведения исследования, то валидность результатов. В ответ на это областные власти действуют привычным способом молчания на телеканалах и спуском блогерских собак в соцсетях.

Оставлю за скобками (пока) проблему с оправданностью каких-либо льгот, с кругом их получателей, с организацией работы общественного транспорта и прочие вопросы подобного толка. В сухом остатке мы получаем следующую ситуацию. Областные власти, якобы, вскрывают масштабные (речь о сотнях миллионов рублей) махинации при оплате проезда по социальным картам и компенсировании этих поездок из областного бюджета. Тут же, кстати, в прессе прошла волна признательных анонимных сообщений от участников мошеннических схем или знакомых с алгоритмом мошенничества. (Я молчу про то, что слово «безлимитный» в названии сезонки и не предполагал каких-либо ограничений на количество поездок, сверх которого можно было бы начать ограничивать.)

Вместо того, чтобы выявить виновных в мошенничестве с обеих сторон, правительство решило махом ограничить количество поездок до 50. При этом, до самого последнего дня в официальной прессе о таком ограничении молчали. А новость распространилась в виде слуха за полмесяца до введения ограничений. Губернатор потом ещё долго вещал о преступном сговоре (оставим на его совести разглагольствования о пенсионерах, получающих тысяч по семьдесят — сто), однако ни о каком продолжении речи не шло. До сих пор никому не предъявили официальных обвинений, никого не посадили под хотя бы домашний арест, никаких дел не довели до суда. Только Ольга Паулова продолжает гнуть линию о тайне следствия и его, этого следствия, неспешном характере. Возможно, г-жа Паулова и занимается каким-то там следствием, а вот правоохранительные органы больше озабочены отловом протестующих. Видимо, бабушки с плакатами и депутаты с мегафонами представляют для государства куда большую опасность, чем лица, организовавшие и реализовавшие схемы вывода из скудного областного бюджета сотен миллионов рублей. А ведь есть ещё лица, которые такие схемы проворонили или даже покрывали.

Крайними сделали пенсионеров. Уже потом, где-то через месяц заговорили о том, что если кому не хватает 50-ти поездок, то можно обращаться в органы соцзащиты, а уж там разберутся. Губернаторские попытки что-то ввернуть про адресную помощь или даже адресное повышение лимита были замечены после нескольких митингов. Наконец, к концу апреля областные власти придумали мониторинг, в рамках которого, якобы, выявили чуть ли не поименно тех, кому пятидесяти поездок не хватает. Апрель ещё не кончился, а уже подсчитали, что таких 10-15%, а тех, кому мало шестидесяти поездок — аж целых 132 человека. И тут возникают те самые вопросы, о которых я говорил выше.

Для начала, как можно проводить мониторинг в заведомо ложных условиях эксперимента. Мониторинг (вместе с раздумьями о плане действий и его последствиях) надо было проводить до отмены льгот. Тогда было бы точно видно, какое количество пенсионеров не укладывается в какие лимиты. Потом можно было бы отсечь крайности и вывести формулу «золотой середины» — того количества поездок, в которое укладывается большинство от списочного состава. Заодно можно было бы посмотреть, какое количество льготников от этого списочного состава вообще не пользуется льготами на транспорте (в целях восстановления равноправия им надо было бы компенсировать что-то иное). Но по уму у нас не умеют мониторить, потому что мониторинги проводятся исключительно для отвода глаз и экстренной необходимости представить дутые козыри в своё оправдание.

Опять же, как можно давать статистику по целому месяцу до его завершения? 29 апреля уже подсчитали не только количество льготников, кому надо много ездить, но и расходы бюджета на увеличение лимита. А ведь если сегодня совещание, то цифры и бумаги с расчётами к нему надо ещё заранее подготовить. Соответственно, следует ли полагать, что мониторинг свернули в середине месяца, каким-то образом экстраполировав предварительные результаты на весь месяц? И откуда тогда цифра в 132 человека? А что если за последние два-три дня апреля она бы выросла до 152?

Попутно выясняется, что во второй половине апреля (а то и раньше) ограничения на количество поездок были сняты. Негласно. Появляются фото объявлений для кондукторов, а также слухи о том, что за 51-ю и последующие поездки пенсионеров никто из автобусов не высаживает. Самим пенсионерам об этом не объявили. Кто-то узнал случайно. А кто-то и не узнал, так как из-за введённого ограничения сократил свои передвижения (заодно уволившись, чтобы не лишаться льгот). То бишь, мониторинг шёл не в чистых условиях, когда люди чем-то пользуются, а их считают. Мониторинг проводили (если проводили) тогда, когда заметная часть заинтересованных лиц просто не могла быть учтена и осталась за рамками исследования. Это называется подбить условия под желаемый результат. Заодно, кстати, на мониторинг освоено сколько-то миллионов.

Самое смешное, что некоторые ответственные товарищи в соцсетях прерывают завесу молчания и приоткрывают тайны нашего мадридского двора.

Был мониторинг всей этой карточной истории. Приостановление лимита в апреле было вызвано необходимостью выявить персонально (карты именные, кто не помнит) тех, кто занимается мошенничеством. // ссылка

Первое, что тут бросается в глаза, это упоминание про именной характер карт. Скажите, пожалуйста, а разве нельзя было это использовать, чтобы в январе поименно выявить участников мошеннических схем (ну, или тех, на чьи карты накручивались явно какие-то избыточные поездки)?! И почему вдруг выявлять мошенников стали в апреле, когда действовал лимит, а не в январе, когда мошенничество было в разгаре. Это уже попахивает пособничеством преступникам и уводу следствия в сторону. Сначала выждали три месяца, а потом начали выявлять мошенников. Да за эти три месяца они не только в Панаму успели вывести все эти сотни миллионов, но и подальше.

Второе вытекает из первого. Логично предположить, что если пенсионеры думали, что существует лимит, но кто-то знал про отсутствие лимита и стал снова накручивать, то этот кто-то не мог узнать об отсутствии лимита кроме как из уст ответственных за пресечение мошенничества. Опять же напрашиваются выводы о покровительстве мошенникам на самом высоком уровне. Но это, видимо, останется такой же тайной как и передача коммерческим компаниям всех самых выгодных маршрутов городского общественного транспорта в Самаре. Предполагаю, что выгодоприобретатели те же.

Выводы напрашиваются нелицеприятные. Правительство Самарской области во главе с губернатором Николаем Меркушкиным, возможно, вскрыло мошенничество со средствами областного бюджета в особо крупном размере, но не стало доводить дело до конца и, вместе с правоохранительными органами разного уровня, продолжает скрывать от общественности имена преступников. Более того, власти не собираются преследовать преступников по закону, позволяя тем, кто незаконно (это слово здесь можно оспорить в силу безлимитного характера сезонок) обогатился за счёт бюджета, оставаться на свободе и свободно распоряжаться награбленным (это слово я использовал для более выпуклого описания ситуации).

Правительство Самарской области, вместо расследования мошенничества (точнее, вместо сотрудничества с правоохранительными органами в деле расследования) решило потратить ещё какие-то средства и силы на запоздалый и полностью антинаучный мониторинг, результаты которого были предсказуемы, а методика проведения не имеет значения (поскольку либо отсутствует, либо притянута за уши). Более того, весь этот мониторинг проводился, скорее, как ответ на многочисленные протесты, вышедшие в федеральную медийную повестку. Пусть приписные блогеры теперь сколько угодно усрутся, доказывая, что всё было наоборот. Веры им — грош. Но областные СМИ (как и севшие на подпитку из бюджета сообщества) ещё долго будут представлять всё в искажённом свете — мол, губернатор позаботился о пенсионерах, а те неблагодарные потянулись за депутатами-проходимцами.

Вся эта история с ограничениями льгот, мониторингом и слабыми (если не сказать, истеричными) попытками обелить чёрное и очернить серое в блогах (которые к пенсионерам имеют такое же отношение, как верховенство закона к нашей власти) — лишь один яркий пример непрофессионализма, необдуманности действий, грубой политической обороны и удалённости власть предержащих от жизни обычных граждан. Проблема только в том, что основная масса обычных граждан всё остальное время рада быть обманутой и не понимает своей ответственности за судьбу страны, вручив её в руки непрофессионалов, проходимцев, мошенников и идиотов.

Реклама

Выскажите своё мнение

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: